наверх

Наш литературный партнер

     Кровь, стекая по ствольной коробке, багровой струйкой добежала до ствола и зашипела на нем розовыми пузырьками. Сталкер поморщился, выпустил бесполезное оружие из рук и тяжело оперся о бетонную колонну, подпирающую свод злосчастного четвертого энергоблока. Короткий яростный бой закончился. В ушах молотом стучала  кровь, пробиваясь через сплошной звон, стоящий в голове после близких разрывов гранат. Между куч ржавых балок и упавших перекрытий прядями стелился вонючий пороховой дым. Сталкер попытался подняться с колен, но подошва ботинка провернулась на круглых цилиндриках стреляных гильз, и он тяжело опустился на руки. Сил подняться уже не было. Пропитанная кровью одежда, казалось, весила тонну и смертным грузом тянула к земле. Тогда сталкер пополз, оставляя за собой кровавый след, разгребая пыль и ворох еще теплых гильз, раз за разом подтягивая себя вперед локтями, с силой выталкивая воздух сквозь сжатые до скрипа зубы. И вот, на его лицо пал синеватый отсвет, волосы на голове зашевелились, как наэлектризованные, а в ушах загремел голос. Сталкер не слушал. Он опустил лицо на руки и лежал, вздрагивая всем телом. Через какое-то время до него неожиданно дошло, что его сотрясает смех. С каким-то тупым удивлением он прислушался к своим ощущениям:
-  “Дошел! Прорвался! Все погибли, а он смог!”  
    Он шел к этому сквозь лишения, страх, смерть. Он оставил позади все, чем жил раньше. Он шел, перешагивая через трупы товарищей, забирая жизни врагов, щедро поливая радиоактивную землю собственной кровью и вот теперь, когда он достиг цели, он забыл, зачем он шел! 
    Он попытался вспомнить, то желание, которое он вынашивал наверное, всю жизнь в подсознании, потом оформлял его, корректировал, сталкиваясь с грубыми проявлениями реальности, правил его, оттачивал формулировки, зная, что исполняется только самое сокровенное, такое, что если нет - то хоть в петлю. И вот, в голове лишь звенящая пустота. И тягучее ощущение вытекающей из тела жизни. Само желание словно вытекло по каплям, вместе с кровью из рваных ран, из пулевых точек, просочилось сквозь одежду и впиталось в эту пыльную землю. А его оставило одного. Пустую, выпотрошенную ненужную оболочку. Сталкер снова забился в конвульсивном приступе смеха. Он больше не чувствовал боли. Это означало конец. Он поднял голову и спокойно посмотрел в синее сияние. Он наконец разобрал, что говорит ему голос:
- Твой путь завершен, человек! Твоя цель здесь! Твое желание скоро исполнится! Ты обретешь то, что заслуживаешь! 
Сталкер закрыл глаза и мысленно обратился к голосу, звучавшему в его голове:
- Мне уже ничего не надо. Я потерял то, с чем шел сюда. Теперь я понимаю, что у меня на самом деле ничего и не было. А на свои вопросы я теперь получил все ответы. Сам. Но желание у меня есть. Я хочу, чтобы ты понял, в чем разница между жизнью и смертью, где проходит эта грань. Почему мы идем к этой грани и одновременно бежим от нее. Я это понял. А теперь, сам ответь на этот вопрос…
Голос смолк. Синее сияние на мгновение дрогнуло, блеснув ярче в глазах умирающего, а затем их взгляд угас и перестал отражать свет.

***

- Ну и куда ты теперь?
- На юг… На юг!
Фокус стоял на выходе из бара “100 Рентген” и курил. Было уже почти светло. Небо на востоке окрасилось в розовый. Утренний холод стелился по земле, хватая за колени, карабкаясь вверх по одежде, норовя забраться в подмышки. Фокус подмерзал, переминаясь с ноги на ногу, часто затягивался и поглядывал на темнеющую дорогу. Стоящий рядом с ним сталкер наоборот, казалось, совсем не замечал холода. Что, впрочем, было неудивительно. Он был тепло одет, и снаряжен для дальней ходки. За плечами его висел увесистый рюкзак, туго набитый необходимым в жизни любого сталкера ненужным барахлом.
- Ты бы завязывал столько пить, Чекист! - пожурил его Фокус. - Всю радиацию не выведешь!
- Да не! - Чекист помотал головой. - Ребята говорили, что не только от радиации помогает. Когда в голове много спирта - там работа нервных центров нарушается. И пси-излучение тебя не берет! Ну как не берет… Не так сильно в общем.
- Шибко умные ребята были, видать… - проворчал Фокус.
- На ученых работали. - кивнул Чекист, не заметивший сарказма.
- А ты значит подался теперь в места, богатые на пси-излучение? - как бы невзначай поинтересовался Фокус.
- Угу. Вроде того.
- А зачем?
- Ну как… - Чекист немного смутился. - Места там богатые, артов – валом!
- Ага, а еще рентген - тоже валом. И свинца можно наесться - тоже от пуза… Ты ж вроде не новичок уже, должен понимать что к чему. 
Чекист промолчал.
- Врешь, браток, врешь!  - добродушно пожурил его Фокус. - Не за артами ведь идешь. А за чем тогда? Желания у камня загадывать уже не модно!
- А зачем тогда вообще жить, если нет надежды сорвать банк? - возразил Чекист с какой-то мрачной решимостью.
- Идиты! - изумился Фокус. - Ты что, тоже повелся на эти сказки?
- Сказки - это скидки в твоем баре! - парировал Чекист. - А у меня информация есть…
- И что за информация? - привычно навострил уши Фокус.
- Я тебе столько не должен! - отмахнулся Чекист. - И вообще. Пора мне. Бывай!
Он подкинул на спине рюкзак, поудобнее пристроив лямки и зашагал по утренней тропе.
- Ну и катись! - крикнул ему вслед Фокус. - Информация у него есть! Банк он решил сорвать! Да тебе там скорее резьбу сорвут!! Попроси у меня еще скидку в баре!
Чекист не оборачиваясь помахал ему рукой и скрылся за поворотом.
- Ты чего разоряешься? - спросил вышедший на крыльцо Кувалда. Фокус протянул ему пачку, и оба достали по сигарете.
- Да ходят тут всякие…
- Ты про Чекиста что ли? Нормально же общались!
- Ну да. Но у меня после общения со сталкерами всегда остается какой-то легкий осадок. Легкий радиоактивный осадок...

***

Над бескрайним полем плыло жаркое марево. Солнце стояло почти в зените, обрушивая с высоты потоки света и  жара на пригнувшиеся травы, которые едва колыхались под этим гнетом. В раскаленной тишине, казалось, было слышно, как дрожит воздух над землей, словно над огромным костром, над пыльными ковылями, над ровными рядами блестящих металлических шлемов. Солнце уже поднялось высоко, а войско все еще неподвижно стояло, блестящим одеялом покрывая пологий склон холма. 
- Пить как охота! - проговорил Ахримэн, с трудом поворачивая распухший язык в пересохшем рту. - С утра стоим на солнцепеке. 
- У меня есть во фляге. - отозвался Синбэд, улыбнувшись в седеющие усы. 
- Дай попить!
- Я ее берегу. Дам тебе, когда тебя проткнут копья. Перед смертью  тебе она понадобится. А сейчас ты все равно не напьешься.
- Да! Мы посмотрим еще, кого из нас раньше проткнут! - Ахримэн тут же разозлился. Он всегда принимал брошенный вызов, и его молодое лицо носило немало отметин бурного нрава.  Симбэд лишь тихо улыбался в усы.
- Ну а ты чего хмуришься? - спросил Ахримэн стоявшего по правую руку от него Акбэра, могучего война, который был выше и шире в плечах всех остальных, стоявших в первом ряду.. 
- Выпил вчера слишком много молодого вина?
Акбэр сделал вид, что не услышал.
- Да у него невеста осталась, красавица. - ответил за него Симбэд. - Переживает.
- Не переживай! - рассмеялся Ахримэн. - Когда тебя убьют, я о ней позабочусь!
- Да она уже давно с его братом, ростовщиком! - встрял Ервэхша, скалясь в белозубой улыбке. - Она не пропадет!
- За собой бы следили! - буркнул хмурый Акбэр. 
- Кстати, а что ж ты сам ростовщиком не стал? - не унимался Ервэхша. - У тебя ведь и отец ростовщик и брат, и ты лучше всех из нас умеешь считать, зачем ты стал воином?
- Хотел посмотреть, какого цвета ваши внутренности! - огрызнулся великан.
- Что ж, сегодня твоя мечта сбудется. - заметил Симбэд, кивая на почерневший от вражеской рати горизонт. 
- Если ты боишься, то можешь встать во второй ряд! - не упустил возможности для нападки Ахримэн. - Я закрою тебя своим щитом.
- Благодарю! - Симбэд учтиво склонил голову. - Но истина такова, что сегодня последний день, когда мы все сможем проявить себя. На каждого из нас приходится по сотне вражеских бойцов. Никто из нас не увидит следующее утро. В каком бы ряду он не стоял. Можно сказать, что мы уже все мертвы.
Это была правда. Ахримэн хмыкнул, потер наручем подбородок, пробуя эту мысль на вкус. Он много раз был ранен, но никогда не чувствовал себя мертвым.
- Что же мы, стоим тут, разговариваем, смеемся - но уже мертвые?
- Мертвецы и раньше смешнее шутили, чем ты!! - ответил Еврэхша, и весь первый ряд так и покатился со смеху. Даже Акбэр улыбнулся и расправив плечи сказал:
- Я был счастлив сражаться рядом с вами живыми. А сегодня мы пойдем в бой уже мертвыми. И пусть враги видят, что смерть нам уже не страшна!
Черная полоса на горизонте дрогнула и покатилась им навстречу.
- Ну вот, началось! - отметил Ахримэн. - А я так и не утолил жажду… Пить как охота! Квасу б сейчас холодного… Да чтоб в нос шибал!
Последняя фраза вывела новичка из сонного оцепенения, он вздрогнул и открыл глаза.
Темные фигуры сталкеров все так же сидели у костра. Огонь бросал неверные отсветы на уставшие лица.
- Квасу тебе? - переспросил Лепель другого новичка, которого и мучила жажда. - Нету кваса. Только водка осталась…
- Ну дай водки.
- Чего?? Ты и на квас сегодня не наработал! - отмахнулся от него Лепель.
- Ребята! Ребята! Мне тут такое приснилось! - первый новичок подскочил с места. Сети сна выпустили его, и картина обожженного солнцем поля стояла у него перед глазами, как только что просмотренный фильм. - Будто я… мы… армия… Стоим в поле и… Скоро будет битва! И мы все умрем!
- Во заливает! - удивился Лепель. - Ты чего вскочил? Сядь. Померещилось тебе все…
- Да я как сейчас все вижу! - не унимался новичок. - И поле, и воины, и доспехи! Мне кажется это было во время греко-персидских войн или даже чуть раньше.
- Чего? - Лепель вытаращил глаза. - Какие греко-персидские войны? У тебя же три класса образования! А историю Древнего мира тока в пятом изучают!  Ты сегодня нигде с тропы не сворачивал?
- Да нет, вроде...
- Голова не болит? Во рту нет ощущения, что коты насрали?
- Эээ… нет.
- Похоже где-то “психа” нахватил… - озабочено пробормотал Лепель. - А нам еще завтра идти…
Он достал фляжку и протянул ее новичку.
- На ка! Давай. Хлебни как следует. Снится ему, понимаешь, всякое...


***

Фильтр понял, что должен успокоиться. Неконтролируемая ярость в Зоне - вещь недопустимая. Когда глаза застилает кровавая пелена, ноздри обжигает раскаленный воздух, с силой выталкиваемый легкими, а в висках молотом стучит кровь - легко влететь в какую-нибудь аномалию. Или просто свалиться в открытый люк, утыканный на дне хищными клыками арматуры. Поэтому он постарался забыть обиду и успокоиться старым проверенным способом. Он глубоко вздохнул, сосчитал трупы вокруг себя и медленно выдохнул. Помогло. Это всегда помогало. С души как-будто кто-то снял груз, и перед глазами прояснилось. И появилась возможность анализировать события. Почему он здесь? Что произошло? И что за настойчивый голос зовет его?
Ответить на этот вопрос было некому. Все присутствующие кроме Фильтра, не могли говорить, потому что были мертвы. Приходилось искать ответ самому. Он повытаскивал патроны из разгрузов убитых, поскольку сам был абсолютно пуст. Зарядил еще теплый автомат и снова почувствовал, что он не потерян. У него есть цель! 
Он полной грудью вдохнул свежий воздух и прислушался к своим ощущениям. Все было хорошо: его разум словно очистился от лишних мыслей, от мусора чуждых ему идей. Так затхлый туман редеет и расползается под солнечными лучами. Он снова был собран и ясно видел свою будущую жизнь - жизнь в служении Высшему Благу! Озаряющему своим сиянием своих избранных сынов!
И еще. Он почувствовал в себе странное, неведомое ранее желание жить. Чувствуя жизненную силу в каждой клеточке тела. Словно что-то большое и постороннее вдохнуло в него эту жизнь, и он устремился вверх, как переполненный теплым воздухом воздушный шар. 
- Что ж. Значит еще поживем. - отметил он про себя и зашагал на юг.


***


- Слушай, Лепель! А ты до ЧАЭС доходил? 
Лепель обвел взглядом своих отмычек. Они явно отдохнули и отогрелись у костра. И теперь им хотелось почесать языками и послушать страшные истории.
- ЧАЭС видел издали. - ответил он, помолчав. - Там же аномалий тьма, пси-поля, радиация постоянно коптит яйцы, ну и фанатиков этих долбаных - пруд пруди! Особо не погуляешь.
- Лепель, а откуда вообще эти монолитовцы взялись? - спросил второй новичок.
Лепель хмыкнул себе под нос.
- А вы когда-нибудь слышали легенду про первых двадцать сталкеров, дошедших до Монолита?
- Нет! Расскажи!
Лепель еще немного помолчал, словно вспоминая, не спеша подкинул веток в костер, и видя, что аудитория уже готова, начал рассказывать: 
- Это было очень давно. Через год после второй катастрофы. Тогда сталкеры мерли пачками. Никто ничего не умел, Зону никто не знал, снаряжения толкового не было. Темное время было. Но те, кто выживал, становились по настоящему крутыми сталкерами. И вот команда из таких зубров решила сделать дерзкую вылазку в самое сердце Зоны!
- К Монолиту??
- Ага, к Монолиту. Да ты слушай!
Было их вначале не двадцать, а немного больше. И когда отряд этот дошел почти до самой ЧАЭС, сталкеры разделились на два лагеря. Двадцать из них хотели дойти до саркофага, но несколько человек решили, что этого делать нельзя. Дескать, опасно это и неправильно! Нельзя вторгаться туда, куда людям путь заказан. Не зря мол тут столько ловушек и преград. Нарекли они себя “темными” и поклялись хранить тайны Зоны. Первые же двадцать к ним не прислушались. Наоборот, поругались тогда они. Крепко повздорили! Мол, что ж мы зря пол Зоны на животе проползли, чтоб теперь поворачивать? Там они и разошлись. Первые стали “темными”, а те, что решили идти до конца - стали первыми монолитовцами. Там они отказались от своих имен и стали называть себя номерами. От одного до двадцати. И первое время они вдвадцатером охраняли ЧАЭС, от тех, кто ломанулся следом за первой экспедицией. Лютые они были. 
     С тех пор, много времени прошло. Фанатиков стало больше, группировка их разрослась и окрепла. А из тех первых почти никто не уцелел. Говорят, что всего четверо их осталось: Одиннадцатый, Двенадцатый, Тринадцатый и Четырнадцатый. Да и их всех уже вроде как убивали и не по разу, а они все еще живы. И не спрашивайте, как так, я и сам не знаю. За что купил, за то продаю.
    Трое из них по прежнему служат Монолиту. А с Тринадцатым вышла история интереснее. Поговаривают, что он как-то из-под влияния Монолита выпал. Что он жив, и бродит где-то среди сталкеров. Частично он память потерял, а частично наоборот знает столько всего про Зону, что знания эти дороже любых артефактов! И что если найти его, то...
     Новички благоговейно внимавшие рассказчику затаили дыхание. Лепель между тем держал паузу, якобы для того, чтобы поворошить угли.
- Так что, если найти его - он все тайны Зоны откроет?
- Кто знает! - усмехнулся Лепель. - Кто знает...


***


Дверь распахнулась, и в бункер ученых ввалился очередной посетитель. Профессор Дюков поморщился, и видя, что сталкер тут же навострил уши, изрек:
- В конечном итоге, коллега,  мы получаем субъективность. Которая, концентрируясь, способна себя ощутить через “Я”, самоотразившись в себе…
Заинтересованный взгляд сталкера мгновенно потух. Он протопал мимо, в приемную, поприветствовав начальство учтивым кивком. Профессор возвел очи горе и вновь обратился к своему лаборанту, который слушал его не отрываясь, и даже кажется шевелил губами, стараясь все запомнить дословно:
- Так вот! Закидываешь ее ноги к себе на плечи и… 
Тут дверь снова гулко хлопнула, и на пороге возник еще один сталкер.
- Да что же такое!? - сквозь зубы пробормотал Дюков. И, обращаясь уже к посетителю, заметил:
- В приемной занято! Дождитесь очереди!
- А я не в приемную! - улыбнулся сталкер. - Я к вам, профессор!
- Не припомню, чтобы я с вами работал. - сварливо возразил Дюков.
- Еще нет, профессор, но я слышал, что вы очень интересуетесь научными изысканиями, связанными с аномальной фауной. - заговорщически понизив тон, произнес сталкер. Профессор, услышав внятную речь (которая не часто звучала из уст сталкеров), все же заинтересовался. 
- Да-да! Меня это действительно интересует! Простите, а вы какой ВУЗ заканчивали?
- Нет, профессор, мы в ВУЗах не кончали! Я просто много читаю в перерывах между запоями…
- А… понятно. Так что у вас?
- Научное изыскание по поводу снорка!
- Я вас слушаю?
- На днях было тут. Иду я значит с ходки удачной возвращаюсь. ПКС полный, настроение - отличное, хорошо так! Солнышко припекает, тепло уже по летнему, птички поют…
- Ближе к делу пожалуйста!
- Да. Так вот. Не заметил я, как ко мне снорк подкрадывается. Повезло, что у меня шнурок развязался. А то бы он мне сразу хребет сломал. Промахнулся. Ну я от него бежать. А он за мной! Понимаю уже, что не убегу. А у меня в кармане ргдшка завалялась. Ну что остается? Я чеку дернул и хлоп ее за спину. И деру!  Вроде оторвался. Гляжу - снорка нет. Интересно мне стало. Вернулся. Смотрю: лежит снорк в воронке. Гранатой ему обе ноги оторвало. Смотрит на меня, рычит. Я ему говорю: “Прыгай! “ А он не прыгает.  Вывод: снорк без ног не слышит!
Профессор и его лаборант, развесившие было уши, поняли, что их развели. Видя, что ученые умы начинают закипать, сталкер поспешил исправиться:
- Шучу, господа ученые! Шучу я! Пошутил! Не судите строго! Я так только, беседу поддержать...
- Если у вас все… - ледяным тоном начал Дюков.
- Нет-нет, профессор! Я как раз хотел перейти к делу. - и сталкер, не мешкая, ловким движением фокусника извлек из кармана некий небольшой предмет, кроваво блеснувший в холодном свете дневных ламп. Рубиновая капля, полупрозрачная и имеющая при этом форму, напоминающую ограненный кристалл. Вещица мгновенно перекочевала в руки ученых, сделавших на нее стойку не хуже охотничьих собак. Сталкер между тем продолжал повествовать:
- Дело так было: действительно был снорк. И граната была. Ранил я его. Сильно. Но тварь оказалась живучая и просто так подыхать не собиралась. Разъярил я его в общем. Ну думаю, хана мне. Но тут рядом два “фокстрота”. Что мне остается? Я вперед, между ними. ПКС с плеча сорвало, а сам проскользнул. А снорк-подранок - за мной. И прямо в “фокстрот”! Распи… Размазало в общем его… Требуху по всей округе раскидало. А то, что ближе к эпицентру было - внутрь затянуло. Ну я сталкер со стажем, жду, думаю: нет худа без добра. Может и артефакт какой на выходе путевый получится. Ан нет! Разбросало значит эту начинку кругом. И вот что получилось.
Сталкер кивком указал на предмет, который профессура, причмокивая, вертела в пальцах. Профессор тут же сунул рубиновую каплю в карман лабораторного халата и, другой рукой приобняв сталкера за плечо, повлек его в глубины лаборатории.
- Ну что же вы, милейший, сразу не сказали! Все бы вам шутки шутить! И вы правы, это не артефакт! Мы должны немедленно провести серию опытов! И … где вы сказали это произошло?
- А я не говорил, где это произошло, профессор!
Оба приторно заулыбались друг другу, после чего профессор приглашающе взмахнул рукой:
- Прошу в мой кабинет! 


***


- Это вы убили его! - Вессон уже чуть ли не кричал. - Вы снова прикончили сталкера! Даже не спросив у него документов!
-  Командир! Не парься! Никто ничего не докажет. И вообще, с чего ты взял, что это мы?
-  Двадцать селфи на фоне трупа!!!
-  О, вы подписаны на мою страничку!
Вессон только с размаху уткнулся ладонью в “механикс” и глубоко вдохнул воздух, чтобы успокоиться. Бойцы стояли вокруг, их взгляды выражали искреннее сочувствие и заботу. Ну вот, опять! Командиру досталось из-за них! Вечно от них одни неприятности. Виноваты. Но больше не будут!
- Ладно… - Вессону хотя и с трудом, но все же удалось взять себя в руки. В конце концов, это было боевое задание, и кругом Зона, полная смертельных опасностей. - Кто-нибудь, проверьте, что они там копаются!
Ближайший боец шагнул к тяжелым створкам взрывоустойчивых гермодверей, но тут они сами со скрипом раскрылись и наружу буквально вывалилось несколько окровавленных тел в марпате и в оранжевых комбинезонах. Бойцы охранения подхватили их на руки. 
- Что случилось? - Вессон подскочил к девушке, обвисшей на руках солдат, которая была старшей в  научной группе. - Где остальные бойцы  группы прикрытия? И остальные ученые?
- Не выжили… - слабым голосом сказала доктор Рамос. Из руки ее выпал вставший на задержку пустой пистолет.
- Проверить! - скомандовал Вессон бойцам, указывая на дверь. Но не успели они шагнуть и шага, как Рамос истерично взвизгнула:
- Нет!!! Нельзя! 
Бойцы нерешительно остановились, и Вессон жестом отменил команду.
- В чем дело? - спросил он. - Что произошло там внизу?
Рамос какое-то время помолчала. Потом опустила лицо в руки и проговорила:
- Это была ловушка. Теперь я поняла.  Информатор, который добывал для нас данные в группировке “Чистое Небо” оказался на самом деле их агентом. Нас подставили. Когда мы вошли, сработало… какое-то устройство… очевидно распылившее в воздухе какой-то реагент. Или  вирус. Я не знаю! Половина из нас сошла с ума и напала на остальных. Нам пришлось их убить. Все, кто был внизу, заражены...
При этих словах бойцы неосознанно сделали шаг назад от выжившей группы.
- Нам нужно срочно связаться с бункером, подготовить лабораторию и обеспечить карантин. Необходимо принять все меры предосторожности, пока мы не выяснили, с чем мы столкнулись… Это может быть крайне опасно!
В это время Вессон, внимательно слушавший доктора, внезапно громко чихнул. Это вызвало легкую панику, бойцы отпрянули в стороны, и кто-то даже рефлекторно, без надобности, дернул затвор. В наступившей тишине звякнул выпавший на бетонные плиты патрон.
- Минутку! Минутку! - Вессон осторожно поднял ладони в успокаивающем жесте. - Я всего лишь простыл вчера! Давайте не будем делать поспешных выводов!


***


В ночи было холодно и тихо. Даже слишком тихо. Ветер смолк, и было слышно, как журчит вода в лесном ручье, да одинокая ночная птица тоскливо зовет кого-то. Боб сунул руку под каску и поскреб затылок. Куда идти? В какой стороне блокпост? 
    После непонятной ночной заварушки, в которую угодил отряд, Боб вдруг остался один. Без карты района, без фонаря и без боеприпасов. По рации никто не отвечал. То ли связь здесь не брала, то ли радейка была повреждена во время боя. Во всяком случае у нее отсутствовала антенна. Да можно ли было назвать это боем? Что-то непонятное случилось там, на дороге, с небольшим отрядом, возвращавшимся с успешного рейда. Единственное, что смущало - не успели вернуться до темноты. На том и погорели.
Что творилось во тьме вокруг них, Боб понять так и не смог. Только хруст кустов вокруг, крики бойцов и стрельба. Сумрачные силуэты на границе света и тьмы, то появлялись, то исчезали, выхватывая бойцов из строя. В истерически мечущихся лучах тактических фонарей ничего нельзя было разобрать. Все в панике стреляли длинными очередями во все стороны.  Один из бойцов полоснул лучом света прямо по глазам Бобу, на время ослепив его. Что-то большое прыгнуло к нему, и Боб, инстинктивно уходя с линии атаки, отскочил в сторону, врезавшись в стену кустов. Но тут же почва ушла у него из-под ног, и он покатился куда-то вниз. Там, на дне оврага, Боб со всего маха приложился головой об полено так, что перед глазами пошли цветные круги. Казалось, он лишь на секунду потерял ориентацию, но когда он потряс головой и проморгался от цветной мути, то не услышал звуков боя. При падении он потерял фонарик. Кое-как выбравшись из оврага, он попытался найти место, где была схватка, но без фонаря это было практически невозможно. Кругом была лишь тьма и тишина. Видимо он все же пролежал некоторое время без сознания. Под ногами что-то звякнуло. Боб нащупал наполовину пустой магазин от армейской  винтовки. Теперь это был весь его боезапас. Остальное он расстрелял во время боя или выронил, когда катился вниз по склону. Немного потоптавшись на месте, боец все же сориентировался и определил примерное направление, по которому они шли. Поскольку вокруг было по прежнему тихо, он предположил, что отряд двинулся дальше без него, и, решив больше никого не ждать, сам пошел в сторону базы. Тьма, казалось, сгущалась вокруг, ветви деревьев норовили ухватить его за одежду, настырные корни сами лезли под ноги, сбивая усталого бойца с шага. Но вот, через полчаса изнуряющей ходьбы, Боб увидел впереди тусклый свет фонаря и услышал приглушенные голоса.  Кто это был? Ушедшие вперед остатки отряда? Сталкеры? Бобу уже было все равно. Он ломанулся вперед, туда, где между деревьев плясал луч слабого фонарика. Однако Зона похоже, решила сегодня отыграться на нем по полной. Во второй раз уже за день опора ушла из-под ног, и Боб, снова потеряв равновесие, полетел вниз. На этот раз склон оказался еще круче, и при попытке ухватиться за деревья, Боб выронил винтовку. Еще одним неприятным сюрпризом стал огромный ком ржавой колючей проволоки, встретивший его на дне канавы. Мгновенно запутавшись в нем, он громко зашипел от боли и заворочался, пытаясь выбраться. Луч фонаря скользнул с дороги в его сторону, пытаясь нащупать источник шума. Голоса сперва притихли, а потом загомонили с новой силой. Интонация была взволнованная, но Боб не мог разобрать слов, поскольку сам сильно шумел, ворочаясь на дне канавы, как зверь попавший в капкан. Ему никак не удавалось выпутаться, и он, осознав, в каком уязвимом положении находится, принял самое простое и очевидное решение: он уперся ногами в пол и вырвал весь опутавший его клубок колючки из влажной земли, зацепив с собой по ходу движения еще и пару небольших  кустов. Взревев от боли и усилий, он рванулся вверх по склону к людям, с треском обрывая ржавые нити проволоки и распахивая влажный склон, как борона, волоча за собой кусты и дерн.
- Ааа! Ааа! АААААА!!!! - Боб с натугой преодолел последние метры откоса и выкатился на дорогу. Но на ней уже никого не было. Только трещали ветки вдали, отмечая путь убегавших свидетелей его борьбы. Да валялся посреди дороги брошенный дешевый фонарик.
- АААААААААААААААААА! - с досады завопил Боб и принялся выпутываться из обмотавшей его колючки.


***


- Блин, очково тут! - поежился новичок, с опаской озираясь по обочинам старой лесной дороги.
- Не боись! - успокоил его Борода. - Ночь - самое спокойное время. Ни военных вокруг, ни сталкерни лишней. Никто не шумит и не мешает.
- А мутанты? - спросил молодой. - Тебе что, самому совсем не страшно?
- Страшно конечно! Но страх правильный должен быть. Твой страх не должен взять над тобой власть. Иначе он убьет тебя. Ты должен управлять своим страхом. Тогда он станет твоим верным союзником и выведет тебя невредимым из любого кровавого блудняка. Заруби себе на носу, салага!
Какое-то время они шли молча. Борода подсвечивал дорогу фонариком, умело прикрыв его ладонью, чтобы давать меньше света. Новичок, тащившийся сзади, впитывал полученные наставления. 
- Блин! Все равно страшно! - сказал он, подумав какое-то время.
- Конечно страшно! - отозвался Борода. - А прикинь как мне еще одному тут возвращаться!
- Чего? - новичок аж остановился посреди дороги, когда до него дошел смысл сказанного.
- Да шучу я! - улыбнулся бывалый сталкер. - Пошли, чего встал?
И тут оба услышали какой-то звук. Что-то большое приближалось к ним из тьмы леса. Оба тут же замерли, словно по стойке смирно. Опытный опустил фонарь в пол. Шум приближался. Что-то темное и большое хищным прыжком рванулось к дороге, Борода не выдержал, и вскинул фонарик, чтобы высветить приближающуюся угрозу, но нечто, словно почувствовав его намерение, тут же нырнуло в придорожную канаву. Раздался треск, скрежет. Во все стороны полетели кусты. Тварь в канаве рычала и явно готовилась к прыжку. Новичок так и застыл посреди дороги, парализованный ужасом.
- Валим! Валим! - завопил Борода, когда услышал, что тварь начала взбираться по склону. - Бежим!
- Ааа! Ааа! АААААА!!!! - раздался ее приближающийся рев. Огромная темная масса неслась по откосу глубокой канавы, размахивая бесчисленными конечностями и щупальцами.
- Ааааааа! - завопили сталкеры. Борода бросил фонарик, и оба развернувшись бросились в лес, не разбирая дороги, царапая лица и руки, оставляя на кустах клочья одежды. Животный ужас гнал их вперед. А в спину им все бил рев ужасного мутанта.

***


- Слушай, Лепель. А как кровососа убить?
Лепель обвел взглядом своих новичков. Все с жадностью ждали ответа. Каждому видимо хотелось добыть себе щупальца или еще какой сувенир. Лепель усмехнулся и сказал:
- Ну сперва надо ему глаза замазать…
Новички неуверенно переглянулись. 
- Ладно! - Лепель махнул рукой. - С кровососом сложно все. А вот был тут недавно один сталкер-вампир...
Он замолчал и полез в карман в поисках сигарет.
- И что? Кровь пил? - спросил самый нетерпеливый новичок.
- Ну, этого никто не видел. - рассудительно ответил Лепель, степенно раскуривая сигарету.
- А как же тогда узнали, что он вампир? 
- А мы ему кол осиновый забили в сердце. А он взял и умер! Точно вампир был!
Настырный новичок хотел что-то сказать, но тут кусты с треском разошлись, и в круг ворвалось тело, едва не завалившись в костер. Лепель ловко ухватил пришельца за воротник и опрокинул его в сторону, попутно съездив ему по зубам. Вновь прибывший оказался еще одним сталкером-новичком. Он шмякнулся на задницу между двумя сидящими отмычками, ошалело вращая глазами, открывая и закрывая рот, как рыба, вытащенная на берег.
- Ты кто такой? - спокойно спросил Лепель. - И зачем под ноги не смотришь?
Сталкер все еще испуганно озирался по сторонам. Лепель терпеливо ждал, когда к нему вернется дар речи.
- Я… Это… Мы на мутанта нарвались! Там на дороге! Похоже, химера! Я еле ноги унес! Напарник не знаю куда делся…
- Брешешь ты! - ответил Лепель. - Какая химера? Их в Зоне сроду никто не видал. Легенда это, выдумки. Химеру долгари придумали, чтобы цену себе как охотникам за монстрой набить. А ученые им поддакивают. Запугивают доверчиваю сталкерню сказочками чтоб все только к ним и шли. Вы небось  кровососа или снорка с лежки подняли.
- Да не! Что я кровососа не отличу! - заспорил пришелец. - Огромная тварь! Орет как паровозная сирена! Вся в щупальцах каких-то, мхом обросла, и это… две головы у нее!
- Да харош заливать-то! - отмахнулся Лепель. - Всем сегодня чушь какая-то мерещится… Однако нас не до фига ли у костра собралось? Ну-ка подъем! Двигать отсюда надо. Всю Зону на уши поставили! Надо было вас сразу бандюкам на арену сдать и не мучиться. А теперь вот возись с вами!
- Ну мааастер! - заныли новички. - Ты обещал показать, как артефакты искать!
- Ладно! Ладно! - махнул рукой Лепель. - Еще устанете таскать их на горбу. Ну? Пошли что ли? До бара еще топать и топать...