наверх

Наш литературный партнер





 

   Прут с трудом разлепил глаза, распухшие веки казались набитыми песком мешками. Сознание и память возвращались не сразу, а медленно, по каплям, как лекарство из капельницы, и сперва он подумал, что лежит на поле боя, оглушенный близким разрывом гранаты. Ощущения были весьма похоже. Но пошарив руками вокруг себя, Прут не нащупал своего верного оружия. Вместо этого он обнаружил, что лежит на койке на своей родной базе.  Постепенно он начал вспоминать. Бой действительно был, да еще какой! Это был не просто бой, это было эпическое генеральное наступление! От нахлынувших эмоций даже на секунду перестала болеть голова. Прут помнил, как рвались гранаты, как стучали пулеметы и свистели пули, и дружные ряды атакующих шагали в этот ад. Весь воздух как-будто пропах… победой!

  Прут приподнялся на кровати, и сразу же в голове как-будто сработал разряд электры. Из глаз едва не посыпались искры.  Он со стоном повалился обратно. Так, что же было потом? Смутно всплыли в памяти далекие силуэты Припяти и распаханное боем поле на Военных Складах.  Они праздновали победу на захваченной территории. Гостеприимные двери местного бара, радушные лица барменов, пьянящая адреналиновая буря в крови… Так, кажется ситуация начинала проясняться.
 Тут дверь в помещение медленно открылась, и в нее зашел командир группировки Долг. Точнее не зашел, а тщательно прицелившись шагнул в проем, но остановился в нем, держась за косяк и собираясь с силами, то ли для того, чтобы двигаться дальше, то ли для того, чтобы хотя бы просто заговорить. Наконец он разлепил губы и скомандовал:

- Подъем, боец! - и тут же сморщился от собственного захрипшего карканья. - Ситуация критическая!

Пришлось вставать. Прут стал медленно подниматься на ноги, слушая речь командира.  

- Боеспособность группировки практически нулевая после вчерашнего. Ты хоть помнишь, что было?

- Помню. - Ответил Прут. - Бой был, я командовал. Мы оттеснили сначала Свободу, а потом Монолит.

- Да я не про это! Потом что было помнишь?

- Смутно…

- Так отмечали на Янове! Ну и доотмечались…
- Нда… Странно. Не припоминаю уже такого, чтобы нас так накрыло…

- И это еще полбеды. - заметил Скальп. - Наши во время боя в Припяти секретные документы добыли. И вот где они теперь???

- Охох… Как же так?

- В общем собирайся.Бери людей. Надо выяснить, где наши документы, и как вообще так вышло. А я пока подниму свои старые связи…


 

 

                                                                                          ***



 

На самом деле он всегда любил людей. Они смешные, непредсказуемые, разные. Но при этом их всегда можно систематизировать и группировать. Изучать их повадки, наблюдать, как они ломаются и изворачиваются под давлением внешних факторов. Как они жадно принимают условия любого нового эксперимента над собой. Как они идут на все, чтобы выжить. Это ли не истинное наслаждение, наблюдать за ускоренной эволюцией? Выворачивать наружу все то, ради чего мы на самом деле созданы.
  Наверное потому он и пришел сюда. Потому что его сердце было исполнено любовью. Ну собственно как и все в этом месте. И он с удовлетворением отмечал, что он и сам стал меняться. Да, пожалуй, именно это и стало теперь целью. Эволюционируй или сдохни! Ведь никто не отменял этот принцип с начала времен. И с чего бы вдруг люди возомнили, что они встали над законами природы?
Хорошо что у природы всегда найдется способ  указать своим возлюбленным чадам на их ошибки. И наставить их на путь истинный. Ниспослать им любящего учителя и пастыря, что выведет заблудшие души к новому свету.
 Размышляя об этом, он чувствовал, как его сердце переполняется любовью и ответственностью. Спокойная уверенность правоты поднимала в нем новые, доселе неведомые силы. Хотелось жить и творить. И чувствовать.
  Чувства и в самом деле обострились. Теперь он мог “видеть”, не открывая глаз. Чувствовать и знать, как течет кровь в человеческих жилах. Чувствовать ее тепло, скорость и давление. А иногда и направлять ее. Ведь в них все теперь текла не просто кровь.  В них всех теперь было нечто общее. То что сближало их, вело ко всеобщему единению. Пусть даже люди об этом не знали. Пока. Но это знание согревало его душу. Его и его новых братьев - пастырей.
 Что ж, осталось не так много. Еще несколько экспериментов - для людей, еще несколько посвящений - для себя самого, и все они вместе шагнут на новую ступень.
Но работа предстояла важная, требующая сосредоточенности и целеустремленности.       Он встал, потянулся и шагнул под полог утреннего леса. И эхо мерного стука крови в сотнях сердец - звучало внутри него, как первые аккорды победного марша.

 

 

 

                                                                                                                   ***

 



 


Бар “Янов” тихо приходил в себя после череды бурных событий. Уже вставили на место стекла и двери, выбитые во время последних боев. Оттерли почти всю кровь и собрали почти все битое стекло. Чили, в задумчивости глядевший в окно, прикидывал: окупает ли расположение его бара всю свою многогранную популярность. Находилось заведение в экономическом плане конечно выгодно - на самой главной дороге Зоны, практически  в самой главной ее части, рядом с крупной сталкерской базой, да и бункер ученых был неподалеку, где всегда толпился народ, но не наливали. Все это обеспечивало немалый приток посетителей, денег, информации и прочих полезных и приятных вещей.
  Но с другой стороны все то же расположение имело и свои очевидные минусы.  Постоянные замесы, засады и заварухи поблизости могли неслабо сократить количество посетителей, умножив их на ноль буквально на пороге заведения.
И последняя бойня это хорошо показала. Впрочем и вечеринка по поводу ее окончания выдалась неслабая. И Чили мучительно пытался в уме свести дебет с кредитом, решить, перекачивать ли все активы в дивиденды или наоборот, ну и спрогнозировать рост или падение собственного предприятия на рынке услуг Зоны в связи с последними событиями.

 Как бы там ни было, сегодня в баре было не то чтобы многолюдно. Не считая пары завсегдатаев из Свободы, грустивших о чем-то своем, тут заседали только представители группировки “Бандиты” во главе с Либерманом, занявшие почти все столики. Хоть мысли Чили и были заняты бесконечными числовыми манипуляциями, но, как и всяких хороший бармен, он краем уха прислушивался к разговорам и интонациям в баре. Бандиты явно что-то затевали. Несколько братков с особо угрюмым видом сидели в самом уголке, настороженно поглядывая вокруг. Очевидно - они охраняли ценный предмет. Либерман же со своими помощниками сидел  чуть ближе, и до ушей бармена доносились обрывки тихого разговора за его столом.

 

- Да, все бы хорошо, но нам нужен код. А мыслей пока никаких…

- Надо дальше крутить этот радиоканал, я так считаю...

- Радейка у нас, нужен технарь хороший, может что и вытащит из нее еще ценного…

 

Тут из-за дальнего столика поднялся один из бандитов, и пройдя через зал, протянул Либерману спутниковый телефон.

- Шеф, прикинь, Долг на проводе!

- Да ну? - изумился Либер. Он  отодвинул от себя пивной бокал, и развалился в кресле.
Выждав положенную паузу, главарь бандитов поднес наконец трубку к уху и возвестил:
- Либерман на связи!

- Ну здорово! - донесся с того конца приглушенный атмосферными помехами голос Скальпа. - Не помешал?

- Учитывая то обстоятельство, что мы не часто вот так беседуем, - заметил Либерман, - Я смогу уделить тебе несколько минут. Но имей в виду, что мое время дорого.

- Мое тоже. - хмуро ответил Скальп. В Зоне вообще все очень дорого. Время, звонки, патроны… Так что давай к делу. Мои бойцы ценой немалых усилий и потерь захватили вчера в Припяти пакет важных документов. Но по несчастливой случайности пакет этот остался на баре “Янов” или где-то поблизости от него. Так вот, я знаю, что вы там постоянно столуетесь, и подозреваю, что мои документы у тебя. Отдай их мне, для тебя они все равно ценности не представляют.

- Интересное предложение… - сказал Либерман задумчиво. Сам он в это время взглядом обежал своих подопечных, слушавших весь разговор. Но все они дали своим видом понять, что ни о каких документах не слышали. Либерман устал смотреть на мотание голов и пожимание плечами и даже сам ненароком заглянул под стол.

- Ну и че мне за это будет? - спросил он наконец. - Для меня может ценности и нет, но для тебя то точно она есть. Иначе бы ты не позвонил.

- Сам понимаешь, заплатить я тебе не могу. - угрюмо ответил Скальп. - Не поймут этого многи. Но вот обеспечить некоторую лояльность, к некоторым вашим делишкам я в состоянии.

- Благородно. - ответил Либерман. - Чувствуется подход делового человека. Но в цивилизованном обществе все же принято платить.

- Ну если ты настаиваешь. Мы свои проблемы с боезапасом решили. Так что можем заплатить тебе пулями.

- И мясом. - добавил Либерман. - Люблю мясо!

- Так что ты решил?

- Простите, но я ничем не хочу вам помочь! Да и время наше истекает. Так что чао! - он повесил трубку.

- Че-то прет нам на всякую секретную инфу в последнее время. Прет, но не до конца. Ну и под каким столом эти ваши документы валяются?  Чили, ты не видел?

Но бармен, усердно притворявшийся дремлющим все время разговора, только энергично помотал головой.

 

Неизвестное вещество в крови - феромоны кукол. Синтезируются от воздействия внешнего реагента - направленного пси излучения контроллера.  Вырабатывается в организме зомби, в следовых количествах обычного человека, попавшего под пси-удар контроллера.