наверх

Наш литературный партнер

   


 

 Над Зоной Отчуждения стоял полдень. Весеннее солнце поднялось  высоко над грядой далекого леса и пригревало уже почти по летнему. Поднимало легкий пар над озером, ощупывало своими лучами еще холодную землю, распрямляя мелкую зелень у подножия деревьев,  заглядывало в темные уголки бетонных развалин, что долгие месяцы были скрыты в холоде и мраке, размывало воздух на голых еще склонах, превращая его в тягучее марево, наполняло пространство запахами размякшей земли, припревших на солнцепеке прошлогодних листьев, горячим ароматом сосновой смолы и прочими чисто весенними флюидами, будоражащими кровь любого, кто истосковался по теплу и солнцу. Ручейками света стекало оно по серым крышам, обрамляя их серебром, искрилось в спокойных заводях, бриллиантовыми россыпями играло в звенящих тут и там крошечных водопадах не успевшей еще уйти талой воды,  яркими солнечными зайчиками мелькало на желтых стенах бункера ученых. После долгой зимы вновь наступало царство света.

 Но не все были рады новому солнечному дню. Глава бункера ученых,  Елена Анатольевна, сидела за столом в своем кабинете, одной рукой подперев голову, а второй вяло помахивая перед лицом пачкой свежих научных отчетов по радиационному фону. Не то чтобы в бункере было жарко. Внутренний климат держался на вполне себе комфортном уровне. Просто тут стоял некий душок, вторгавшийся в обычную весеннюю гамму, как тяжелый гитарный риф в детское хоровое пение, и  изрядно мешавший гармонии.

Елена Анатольевна посидела еще какое-то время, потом, не выдержав вышла в коридор. Там было пустынно, пыльно и воняло еще отчетливее.  Из соседнего кабинета вышла доктор Потемкина. У нее было усталое, страдальчески искривленное лицо. И она тоже с унылой гримасой тянула носом воздух.

- Вы не чувствуете, доктор, - поинтересовалась Елена Анатольевна, - Здесь дурно смердит.

- Воняет гадостно! - чистосердечно согласилась Потемкина. - Чертово руководство, поселили нас в каком-то гадюшнике…

- Однако это неприемлемо! Просто невозможно работать! Надо найти источник запаха.

Они покинули бункер и вышли на залитую солнцем лужайку перед входом. Источник тут же был найден. Большой. И не один. У входа бесцельно бродил еще один сотрудник научного сектора, которого несмотря на докторскую степень и полковничьи погоны все упорно звали просто Петровичем. Петрович почесал согретую солнцем переносицу, шмыгнул носом и выжидательно покосился на начальство.

- Петрович, сколько раз я тебе говорила! - закричала Елена Анатольевна. - Не пускать сталкеров в предбанник! Смотри, какую кучу навалили!!

- Да нет, это с утра усиленный квад Долга заходил.

- Ах Долг… - Елена Анатольевна глубокомысленно покачала головой. - Тогда понятно. Видно, что усиленный... Мда... Ладно, это наверное все-таки лучше, чем кровососы. Ох ладно, займемся делами. Кстати как дела у нашего пациента?

- Плохо. - покачал головой Петрович. - Идемте, сами все увидите.


 


 


 


 

                                                                                           ***


 


 


 

Граната рванула у самой стены, и Испанец чуть не оглох. Кашляя и тряся головой он сделал несколько неверных шагов вглубь базы Долга.

- Да чтож вы творите то? - пробормотал он, пытаясь проморгать цветные круги, плывущие перед глазами. - Кто ж вас так учил??

В этот момент по коридору к выходу пробежал Футляр и с размаху швырнул в двери еще одну гранату. На их общее счастье он позабыл выдернуть чеку. Потому что смертоносный снаряд ударил в дверной косяк и, кувыркаясь, отлетел обратно, прямо под ноги Испанцу.

- Отставить! - пытался командовать Испанец, но голос его не слушался. Кругом длинными очередями стучали автоматы, пулемет с крыши лупил вообще не переставая. Казалось, бой идет уже в коридорах базы, хотя прошла всего минута с первых выстрелов и сигнала общей тревоги. С потолка сыпалась побелка. В коридоре уже щипало глаза от пороха.

Оттолкнув Футляра, Испанец подошел к дверям и, подскальзываясь на рассыпанных гильзах, с натугой закрыл сначала одну створку, а потом и вторую. Футляр, не обращая на него внимания все дергал и дергал заклинивший затвор, словно бы вокруг ничего больше его не интересовало. Однако стрельба как будто бы стала чуть тише. По крайней мере очереди стали короче. Бойцы опомнились и стали экономить боеприпасы.  Пулемет на крыше наконец замолчал, и стали слышны отдельные голоса долговцев. На базе истошно ревел Макет:

- Прекратить панику! Разобрать сектора и цели. Прицельный огонь! Понабрали по объявлению!

Испанец перешел в соседнюю комнату. Здесь, у открытого окна скорчились двое бойцов - Вал и Серб. Время от времени то один то другой давали по несколько выстрелов в окно и снова ныряли под подоконник.

- Я никогда столько не видел! - орал один другому. - Даже после Выброса! Вот же твари живучие! Сейчас я им гранату!

- "Я тебе дам, гранату" - подумал Испанец с остервенением. Он подскочил к Валу и одной рукой ухватил его за предплечье, не давая сорвать гранату с пояса, а второй, сжатой в кулак, тряс у него перед носом.

- Кто же в зомби гранаты кидает! - закричал он. - Они же и так без мозгов!

- Да ты видел, сколько их там?  Прут и прут, гады!

- Кстати, а где Прут?

- Да на той стороне он! Они ж нас в кольцо зажали!

- В кольцо? Зомби??

- Ну да... Хотя, там вроде стихает.

- Да потому что все охотники там! Тащи их сюда! И пусть монстробои перезарядят.

В это время Серб снова выстрелил в окно.

- Срезал! Срезал его! - восторженно завопил он, бросил автомат и потащил из ножен огромный зазубренный клинок.

- Стой! - крикнул ему Испанец. - Куда!?

Но Серб одним прыжком перемахнул подоконник и был таков. Испанец, матерясь, перехватил автомат, и кинулся к окну, чтобы его прикрыть. Однако Серб тут же запрыгнул обратно.

- Чисто! - доложил он. - Прирезал его!

- А нож где?

- А черт, забыл достать!

Они оба подскочили к оконному проему. Но во дворе никого не было. Над травой лениво расплывалась пороховая гарь.

- Блин! Как так то? - Серб почесал затылок. - Я ж его прямо тут вот под окном добил...

В это время дверь распахнулась, и в комнату ввалился здоровенный жирный зомбарь. В старой, потасканной горке, размерами больше напоминавшей парашют, в черной грязной шапке, с жутким, распухшим, перемазанным грязью и кровью лицом. За собой по полу он волочил ПКМ. Из левого виска косо торчала рукоятка ножа Серба.

- И откуда же ты такой взялся? - процедил Испанец и от живота выпустил в него длинную очередь. Пули впивались в тушу, клочья мяса и горки летели позади него в стену,  но зомбированный сталкер стоял на месте, лишь слегка покачиваясь. Убойной силы не хватало, чтобы опрокинуть с ног такой могучий экземпляр. Магазин автомата опустел, и последняя гильза глухо звякнула о бетонный пол. Испанец и позабывший подобрать свое оружие Серб попятились и уперлись спинами в глухую стену. Тут бы им и пришел конец, если бы зомби догадался выстрелить. Но вместо этого он похоже решил забить их своим пулеметом как дубиной. Он качнулся в сторону, заревел и широко замахнулся вооруженной рукой. Учитывая массу зомби, долгарям хватило бы и рукопашной атаки, но тут голова зомби разлетелась фонтаном протухших мозгов. Обезглавленное тело рухнуло на колени, а затем медленно и почти величественно завалилось на бок. На пороге стоял охотник с монстробоем наперевес.

- Это был последний, командир! - доложил он и посторонился, давая пройти Скальпу и остальным долгарям в комнату. Он молча прошелся по комнате, выглянул в окно и остановился над безголовым.

- Нда... - протянул Скальп. - А зомби пошли нынче живучие...  Какие у нас потери? Расход боеприпасов?

- Ящик гранат, 7 боекомплектов для монстробоя, три цинка к РПК, два ящика 5.45 один ящик 7.62 и Ящик.

- Ясно... - мрачно кивнул Скальп. - То есть на толпу зомбированных мы спустили почти все, что у нас есть. Да мы на Свободу за три месяца столько не потратили! Чем мы теперь воевать будем? А? Я вас спрашиваю, вояки!  Если узнают, сколько у нас патронов осталось, сюда вся Зона слетится! И что делать будем? Двери запрем и будем жрать тушенку, пока не кончится?

Бойцы молчали, понуро рассматривая носки собственных ботинок.

- Может военных на подмогу позовем? - робко предложил кто-то.

- Да военные на спецзадании! - отмахнулся Скальп. Он еще какое-то время постоял, оглядывая свое воинство. Потом снова со вздохом махнул рукой и вышел из комнаты. Внутри остался только Испанец и Серб, который зачем-то ползал по полу и осматривал углы, роясь в ворохе мусора, заляпанного мозгами.

- Ты чего? - в недоумении спросил Испанец.

- Да у того зомбаря золотые коронки стояли. - отозвался Серб. - Не пропадать же добру!


 


 

                                                                                 ***


 


 


 


 

Полковник Вессон был слегка встревожен. То, что вертушка не пришла за ними - это было не то чтобы странно. И не то, чтобы так уж плохо. Хотя погода была идеальна для полетов, в Зоне слишком много факторов, влияющих на тяжелую технику. Угробить целый отряд в вертушке или в БТРе - не просто легко, а очень легко. Достаточно одного удачного выстрела из монолитовского РПГ, или неожиданной аномалии на маршруте. Поэтому спецназ ООН всегда лучше чувствовал себя на земле. Даже если это была проклятая земля Зоны Отчуждения. Не пришла вертушка, да и хрен с ней. Но когда отряду предстояло ответственное задание, как сейчас, мелочей не было ни в чем. Любая неожиданность могла обернуться потерями. Любая опасность могла сорвать выполнение миссии. Обычно группа выходила из переделок без потерь, благодаря высокому боевому духу, военной подготовке, и сплоченной командной работе. Но иногда они все же теряли бойцов… И каждая такая потеря была невосполнима. Поэтому Вессон, находясь со своими бойцами “в поле” всегда оставался начеку.

Отряд двигался бесшумно и легко, несмотря на сильно пересеченную местность и довольно жаркую погоду. Весенний подлесок, еще редкий и неокрепший, плохо прикрывал бойцов от солнца и лишних взглядов, и только безупречная подготовка каждого члена отряда позволяла им оставаться невидимыми и сохранять темп и дыхание. ООНовцы шли молча, общаясь лишь жестами, в режиме полного радиомолчания. Так они всегда поступали во время заданий, когда требовалась особая скрытность. Иногда применялась радиоигра с тщательно подобранной “дезой”, чтобы ввести противника в заблуждение. Но сегодня на это времени не было. Несколько бойцов все же прослушивали чужой эфир, отслеживая чужие передвижения, чтобы быть в курсе обстановки и в случае чего -  избежать нежелательных встреч. Сегодняшняя миссия предполагала скрытное перемещение на точку всего личного состава, а не боевое столкновение. И хотя на маршруте не было ни серьезных аномалий, ни баз враждебных группировок, ни обиталищ опасных мутантов, командир отряда был слегка на взводе. С одной стороны он предвкушал успешное завершение миссии, с другой - знал, как опытный солдат, что именно такие рядовые ходки и бывают неожиданно опасны.

 Отряд пересек старую, заросшую лесную дорогу и сосредоточился у подножия небольшого холма,  покрытого невысоким редким ельником. Вессон оглядел своих бойцов. Всюду он натыкался на серьезные лица, цепкие, сосредоточенные взгляды, деловитые выверенные движения. И это успокаивало. Его окружали старые, опытные вояки, прошедшие вместе с ним огонь и воду, и даже такая миссия, как эта, была им не впервой. Бойцы проверяли снаряжение и оружие перед последним участком пути. Далее предстояло дело. А это было еще серьезнее, чем скрытный переход. Так что нервничал сегодня не только один командир.

 До пункта назначения оставалось метров сто. Вот и посланный вперед разведчик просигналил с холма, что все чисто.  

- Ну пошли! - скомандовал Вессон. - Мы почти на месте. Ходу, ходу, ходу!!

В особой скрытности теперь смысла не было. Отряд рывком преодолел открытое пространство за холмом, с налету окружил небольшое здание, штурмовая группа по отработанной схеме встала у входа. Вессон пинком распахнул тяжелую дверь, поставил автомат в пирамиду и заорал внутрь:

- Бармен! Всем выпивки за мой счет! Сегодня днюха у папы Ясеня!


 


 


 

                                                                                                  ***


 


 


 


 

-  Вот, полюбуйтесь. - Петрович открыл дверь в бокс и приглашающе повел рукой. - В таком состоянии уже двое суток. Пришлось капать глюкозу.

Научный контингент, выстроившись на пороге бокса, наблюдал за пациентом со смешанными чувствами.  Сталкер сидел на койке, привалившись спиной к стене, расслабив плечи и опустив голову. В руках у него был затертый кубик Рубика, который он без остановки вращал какими то странными, механическими движениями. Остановившийся взгляд его при этом был направлен противоположный угол.

- Выглядит не очень то… - заметила Елена Анатольевна. - А ведь вечером его отправлять на большую землю. Как его состояние?

- Да так же. - скривился Петрович. - Общее утомление и истощение. На психотропные препараты по прежнему не реагирует.

- Говорил что-нибудь?

- Ни слова!

- Что-то осмысленное вообще от него было?

- Не вставал с койки. Даже позу не менял. Крутит свой кубик и все. Пробовали отобрать, да куда там! Впадает в истерию. Чуть не разбил себе голову о стену. Пробовали зафиксировать, но начались судороги и сердечный ритм участился до опасного уровня. пришлось вернуть игрушку...

- Успокоительное? - спросила Потемкина.

- Высокая толерантность ко всему. Да и не удивительно. Вы же видели результаты последней электронной томографии. Не видели?

- Ну так посмотрите, прелюбопытнейшее зрелище! В первом приближении похоже на действие Выжигателя. В первую очередь поражены те же участки мозга, что и у зомбированного. Но это только в первом приближении, а дальше все куда интереснее!

Петрович перелистнул несколько страниц отчета со стола и извлек компьютерный снимок чего то темного и зернистого, как гигантская голубика.

- Клетки ткани не мертвы. Она не разрушена, а как бы перерождается в некую иную структуру. Аксоны сглажены и равнонаправлены... В общем при том же внешнем эффекте, что у мозга попавшего под пси-излучение, мы видим совершенно другую основу и природу.

- И что же это? Какой вывод?

- Да никакого пока. - с досадой отозвалась Елена Анатольевна. - Неизвестная клеточная структура. Фактически новый тип ткани. Но не хватает данных биохимического анализа. Потому и отправляем его. К вечеру обещали группу сопровождения.

- И откуда же он такой взялся? - Потемкина была заинтригована.

- Да кто ж его знает. - проворчал Петрович. - Сталкер Земля его привел. Говорит, нашел его в Припяти. Брел со стороны Монолита.

- Ну так можно же выслать группу. Проверить, что там.

- Да врет он! - махнула рукой Елена Анатольевна. - У нас тут трое свидетелей показали, что Земля неделю пьяный валялся в деревне новичков и никуда не выходил. От них сразу к нам пошел. А где этого встретил - не сознается. Да скорее всего просто и сам не помнит. Вот такая темная история...

Доктор Потемкина подошла ближе к сталкеру и, наклонившись, попыталась заглянуть ему в лицо. В этот момент грань старого кубика заклинила. Сталкер на секунду замер в напряженной позе, затем, резко дернувшись всем телом, со скрежетом провернув деталь в другую сторону. Потемкина от неожиданности отпрыгнула, повалив капельницу на стоявших у входа.

  Пока высокоумное собрание со сдавленными матюгами выпутывалось из шлангов и трубок, пока отгребали с прохода битые склянки и отчитывали Потемкину за ротозейство, про сталкера на какое-то время забыли. И тут Петрович, первый вернувший себе подобающий научный вид вдруг сказал:

- Эй, да вы посмотрите!

За те пару минут, пока царила неразбериха, подопытный таки разломал кубик. Но тот не рассыпался на детали. Сталкер бережно прижимал их пальцами и держал в вытянутых руках сложенными в новую фигуру. Это был почти правильный шар, насколько это было вообще возможно для набора из кубических деталей. Сталкер держал его перед собой и больше не двигался. Казалось он даже не дышал. Все тоже замерли, от неожиданности затаив дыхание, ожидая, что будет. И тут в полной тишине из правой ноздри подопытного выбежала струйка крови. Она пробежала по губам и закапала ему на грудь. И прежде, чем кто-то успел стронуться с места, сталкер медленно и плавно завалился на бок, со стуком приложившись головой о стенку кровати. Кубик-шар выпал из его рук, детали с дробным шелестом раскатились по полу.

- Реанимационный набор, быстро! - Елена Анатольевна первой пришла в себя. - Десять кубиков адреналина. Пульса нет, нужен дефибриллятор! Нет, не смей умирать! За тобой скоро придут! Слышишь, сволочь? Не в мою смену! Я не останусь без квартальной премии! Не в этот раз!


 


 


 

                                                                                         ***


 


 


 

Где-то на далекой окраине Зоны, в ночи горел небольшой костер. У костра коротали время шестеро сталкеров. Вернее сталкеров было пятеро, шестой же был одет в плотный серый комбинезон, тактический разгрузочный жилет  и черную балаклаву, что было обычной экипировкой представителя таинственного клана наемников. Все они по разным причинам не успели засветло на свои точки, или лежки, или базы, и предпочли отсидеться до утра в тепле, уюте и относительной безопасности.

 Сталкеры сидели кучно, протягивая к огню озябшие пальцы, ночи в зоне были еще довольно холодными, особенно в предрассветный час. И только наемник держался среди них как бы особняком. По крайней мере слева и справа от него было гораздо больше места, чем между остальными. Так сталкеры инстинктивно проявляли свое почтение и опаску. Впрочем негласное перемирие у костра гарантировало более-менее спокойное сосуществование и менее терпимых друг к другу личностей.

 Старшим среди сталкеров был Линь. Накануне он вывел двух новичков из деревни одиночек в короткую, практически учебную ходку за мелким хабаром, но Зона сыграла с ними злую шутку, и на обратной дороге они заплутали. Линь в общем-то не сильно расстроился. Зона есть Зона, а ночные посиделки у костра он любил.  Тем более что ходить ночью было опасно. А до ближайшего укрытия было хрен знает сколько.

 Однако молчание затянулось, и Линь, кинув быстрый взгляд на наемника, первым подал голос:

- Говорят, в Зоне в последнее время люди стали пропадать…

- Тю! - тут же перебил его другой сталкер, по прозвищу Чай. - Зона на то и Зона, чтоб в ней люди пропадали. Она же живёт этим, человеческими жизнями питается. Особенно свеженькие в ходу!

Он подмигнул новичкам.

- Они для нее особый деликатес!

- Да что ты говоришь под руку? - досадливо поморщился Линь. - Я ж даже сказать не успел!  

Он укоризненным взглядом смерил нетерпеливого собеседника,  и извиняющеся кивнул наемнику. Тот холодно сверкнул в ответ глазами из-под балаклавы. Приободренный Линь продолжил.

- Люди всегда в Зоне пропадали, да. Но сейчас все по другому. И не только новички. Говорят, многие сейчас уходят в сторону Припяти. И не возвращаются…

- Да, я тоже это слышал. - подтвердил Чай. - Но я как раз больше про новичков. Только попадают в Зону и сразу ломятся в Припять. Ну и там и остаются. Ничего необычного.

- Как знать… - задумчиво пробормотал Линь. Он глянул на наемника и решился спросить:

- А ты давно в Припяти был?

Тот некоторое время молча посмотрел на него, как бы думая, стоит отвечать или нет, потом отрицательно мотнул головой.

- Вот и верно! - кивнул Линь с одобрением. - Нечего там делать! Гиблое это место.

- Ну у тебя и истории! - поддразнил Чай. - Люди пропадают в Зоне, а особенно в Припяти. Ну охренеть просто! А вот что я однажды слышал: говорят встречаются в Зоне люди-тени…

Линь вздрогнул и покосился на наемника. Но тот спокойно слушал.

- Да нет, я не про некоторых здесь присутствующих, поправился Чай. - А это… как бы сказать то? Ну вот типа шатаешься ты по Зоне и встречаешь сталкера. Полузнакомого. Ну не кореш твой, а так, виделись когда-то, в баре вместе тусили и все в таком духе. Пообщаешься с ним, разойдетесь. А потом ты вспоминаешь, что данный сталкер в прошлом году гробанулся в электре наглухо. Вот и думай, кто это был…

- Пить меньше надо. - проворчал Линь. - И не будут тебе мерещиться всякие встречные и поперечные. Да и память покрепче будет.  Кстати вот о памяти. Слыхал я, что снова по Зоне много сталкеров в беспамятство стали впадать. А по какой причине - непонятно. Ну вот как-будто кусок недавнего прошло из головы вырезало и все. Позавчера помнит, а вчера - нет. Некоторые с перепугу даже дневники стали вести, ну вдруг напасть приключится.

- Ну да, ну да! - покивал Чай. - И ведь работает же! Да так, что некоторые дневники ценятся особо, за них торговцы или ученые готовы платить просто атомное баблище, лишь бы принесли. Так ведь?

Он вопросительно посмотрел на наемника, взывая к его авторитету, но найм лишь неопределенно пожал плечами. Мол, ну не так чтобы уж и атомное.

- А вы чего притихли? - спросил Линь у своих новичков. - поделиться нечем? Ну хоть анекдот расскажите!

Один из отмычек кашлянул и неуверенно начал:

- Ну вот забрел однажды зомбарь на базу Долга. Они обрадовались, да как давай его метелить! А потом присмотрелись, а это не зомби вовсе, а а просто мужик… Ну они расстроились, мол блин! Народу по Зоне шарится всякого мутного, хрен мир от заразы позащищаешь!

- Ты только Долгу этот анекдот не рассказывай! - улыбнулся Чай.  - А вот про мясного элементаля вы слышали?

- Про кого??

- Ну монстр в Зоне новый. Полумифический. Есть же там элементали воды, земли, огня и так далее. А этот вот весь из мяса…

- “Мда…” - подумала Дёма. - “Толком у сталкерского костра ничего интересного не узнаешь. Несут такую хрень, что хоть уши отстегивай! Хоть погрела кости у костерка! Но пора бы и честь знать!

Она улучила момент, когда сталкеры о чем-то ожесточенно заспорили, бесшумно поднялась со своего места и, пройдя шагов пятьдесят по едва заметной тропе,  заскочила в распахнутую дверь бара “Янов”.


 


 


 

                                                                                               ***


 


 


 

Шухер привычным жестом распахнул гостеприимную дверь бара. На “Сотке” после внезапного прихода военных все уже устаканилось и вошло в обычную колею. Ооновцы, по случаю радостного события, не стали устраивать к хватало. Внимательный взгляд Шухера замечал в общей толчее сталкеров и свободяйский “флек”, и долговскую “чернуху”, и неприметный серый комбез наемника, и бандитские кожанки и тришки. На секунду ему даже померещился чёрно-белый городской камуфляж монолита, но на самом деле это был старый, проржавевший холодильник с пивом.

Дым в баре стоял коромыслом. Цвет сталкерского общества отдыхал тут после долгих ходок, сливал в тихую хабар местным и залетным барыгам, тут же спускал заработанное на выпивку и развлечения. Ну а особо удачливых сталкеров с особо толстыми лопатниками ждали рулетка и покерный стол. Из казино уже доносились задорные зазывающие выкрики Хамзи, как всегда лощеного и улыбающегося клиентам в тридцать два зуба. Неудачники, пришедшие с ходки пустыми, уныло отирались по углам. Стервятник носился по всем комнатам, отдавливая им ноги, травя байки налево и направо, давая всем пять и вообще был сегодня в ударе. В общем зале гулко бухали басы из колонок, по стенам бежали цветные сполохи, в углу кто-то спал, временами перебивая храпом всеобщий гвалт. За столами ели, пили, о чем-то азартно спорили и обсуждали последние события. Входная дверь хлопала туда-сюда, впуская и выпуская очередные порции разномастного местного люда. Случайному человеку и в голову бы не могло прийти, что в центре смертельно опасной, закрытой территории может существовать столь бурный водоворот событий. Но любому сталкеру это было понятно. Когда все время ходишь под смертью, тебе до зарезу нужен спокойный уголок, где можно отдышаться, выпустить пар, сбросить с плеч тяжелое липкое покрывало страха и вновь почувствовать себя человеком. И Шухер это давно знал.

Он уже давненько не заходил на “Сотку”, и снова с удовольствием вслушивался в атмосферу бара, как в знакомую ностальгическую мелодию.
Вот за соседним столом кто-то из ветеранов экзаменовал новичка:

- Ты давай, отвечай мне, “сколько артефактов можно положить в ОМП? Сколько? Один? Что говоришь? Достижение нужно? А ты знаешь вообще, что такое ОМП? А базу врага ты ПКСом взрывать будешь, дятел?

Вот бармен что-то с улыбкой втолковывал Вессону в том духе, что им тут всегда рады, но дверь открывается наружу, а не внутрь, и что теперь придется искать нового человека, который будет говорить сталкерам, чтобы проходили и не задерживались, взамен контуженного.

Вот кто-то пронес мимо целую охапку бокалов с коктейлями такого соблазнительного вида, что внутри у Шухера что-то приятно хлюпнуло.

 Однако же он пришел в бар не за этим. Это только глупые и ленивые могли бесконечно протирать штаны и пропивать кровные. Нормальный сталкер всегда качается! И Шухер направился к доске достижений. Новая гонка началась!